Художественный фильм «Вход в пустоту» обладает двумя несомненными достоинствами.

Первое — Мария Пас де ла Уэрта, женщина с невероятно эффектной внешностью. Есть красота, которой не требуется макияж, приглушенный свет и вечерние платья. Такая красота не создается усилиями косметологов, а исходит от природного магнетизма и удивительно удачного сочетания генов. Мария знает, что красива, и охотно демонстрирует свою внешность. Пас де ла Уэрта — из тех женщин, что сексуальны, обворожительны и манящи даже ранним утром после вечеринки.

К сожалению, драматический диапазон Марии отстал от внешних данных. Главная функция актрисы в «Пустоте» — демонстрировать минимум одежды. Годы спустя, талант де ла Уэрты так и не перешагнул границы тела. В 2013-м году Мария сыграла в кинофильме «Медсестра», затем начала сутяжничество с режиссером из-за разрушенной карьеры. Ущерб от съемки в провальном кино Мария оценила в пятьдесят пять миллионов долларов, видимо, не догадавшись, что загубленная карьера является ушедшей молодостью. Перепутать актерский талант с упругим телом было, конечно, очень наивно.

Второй интересный ингредиент кинофильма — операторская работа Бенуа Деби. Пролеты камеры замечательно соответствуют парящему духу главного героя, позволяют заглянуть в потаенную жизнь и поступки персонажей, развлекают свободой перемещения и своеобразным калейдоскопом жизненных ситуаций. Что касается самой жизни, то сюжет незатейлив. «Вход в пустоту» — это посмертное путешествие в поступки, ошибки, воспоминания, сожаления, события, оказавшиеся роковыми + финальная надежда на то, что новый виток карусели под названием жизнь не станет катастрофой.

Проекция посмертного взгляда на окружающий мир и рассуждения о «Книге мертвых» не лишены интересных аллюзий, особенно для людей, воспринимающих реальность с привкусом MDMA в мозгу, но рефлексия наркомана, застреленного в уборной, не настолько интересна, чтобы наблюдать за скитаниями подросткового сознания два с половиной часа. Все-таки «Книгу мертвых» писали для того, чтобы усопший не потерялся в загробном мире, а не в качестве путеводителя по злачным местам Токио.

Если бы де ла Уэрта полтора часа танцевала качественный стриптиз, напевая «Всё будет хорошо», то драматургия Гаспара Ноэ от этого только бы выиграла.