Художественный фильм «Контакт» снят по книжке астрофизика, философа, писателя, планетолога и астронома Карла Сагана. Благодаря литературной основе, фильм является правдоподобной фантастикой, представляющей контакт с инопланетянами как вероятное событие. При этом ни Карл Саган, ни режиссер фильма Роберт Земекис не поясняют, для чего инопланетянам земляне. По-умолчанию считается, что такой контакт инопланетянам нужен. Саган моделирует контакт, используя в качестве главной героини астронома Элеонор (трогательное подмигивание «Волшебнику из страны Оз).

Элли — талантливый ребенок. С детства девочка проявляет интерес к математике, отец приучил дочь к астрономии и та грезит космосом. Повзрослев, Элли принимает сигнал от цивилизации Веги. Саган использует математику, как универсальный язык общения, и вспоминает Олимпиаду 1936-го года, когда немецкие антенны отправили в эфир речь Адольфа Гитлера. Фактура для контакта выбрана удачно — не только из-за исторической достоверности, но из-за демонстрации культурного диссонанса. Для жителей Земли одиозный образ Гитлера является отталкивающим, для жителей Веги сообщение лишено контекста.

Элли принимается за расшифровку сигнала. Девушка — рациональный человек, явная проекция прагматика Сагана, который был атеистом и утверждал, что во Вселенной существует лишь то, что можно доказать. Элли следует схожим принципам, что вызывает конфликт между наукой, которую олицетворяет Элли, и религией, которую представляет пастор Палмер. Конфликт звучит весь фильм, но выглядит надуманным. Разделение религии и науки — искусственное противоречие. Пусть одни изучают Библию, а другие изучают общую теорию относительности, у обеих сторон поиск направлен на тайны мироздания и разница — не в цели, а в умах, вышедших из духовных семинарий или научных лабораторий. Но фильму необходим конфликт и режиссер говорит о девяноста пяти процентах верующих, а не о Джордано Бруно, Николае Копернике или о том, какую роль сыграли в истории человечества упомянутые девяносто пять процентов, и какую роль сыграли те, кто занимался наукой.

Ироничным представляется тот факт, что разрушение установки на мысе Канаверал происходит из-за действий религиозного фанатика. Впрочем, в научной среде у Земекиса тоже не все гладко. Есть энтузиасты в лице Элли, а есть оппортунисты в лице Дэвида Драмлина. Пока одни заняты наукой, другие увлечены присвоением чужих заслуг. Хорошее обозначение этических полюсов в обоих мирах, научном и религиозном.

Интересен герой Джона Хёрта — deus ex machina Хэдден. Филантроп исправно устраняет препятствия с пути Элли, появляясь на экране всякий раз, когда героиня оказывается в безвыходной ситуации. Хэдден — загадочный и любопытный персонаж. Если Элли временами не хватает смекалки (ровно там, где того желают авторы), а Палмер бесперечь ноет о Боге, то Хэдден — исключение. Магнат подталкивает скрипучую сюжетную телегу к финалу + становится поводом упомянуть орбитальную станцию «Мир», что всегда приятно.

Герой Мэтью Макконахи, упомянутый пастор Палмер, напротив, вызывает отрицательные чувства. Благочистивый охмуряла выступает против участия Элли в космической карусели, потому что главное для Палмера — сохранить романтическую связь с девушкой. Удивительное лицемерие. Палмер консультирует президента США, но процесс консультирования остаётся за кадром. О чём консультирует президента представитель 95% населения Земли? Впрочем, Палмер отвергает целибат и президентом является Клинтон, так что понятно, о чём они там шепчутся. Лишний персонаж, религиозную функцию которого замечательно бы выполнил Драмлин.

Для космического путешествия Земекис использует те же образы, что ранее использовали Кларк и Кубрик. Звезды, тоннели, даже контакт описан схожим образом: внеземляне создают для Элли иллюзию знакомого пространства и образ отца. Здесь с постановщиком хочется поспорить. В отличие от универсального языка математики, образ отца, выбранный для контакта, антропоцентричен. Откуда инопланетянам знать культурные особенности землян и разбираться в родственных отношениях на далекой примитивной планете? У некоторых животных распространен внутривидовой каннибализм: пауки, богомолы, скорпионы, некоторые виды рыб + балуются этим преимущественно самки. Получается, что Гитлера пришельцы не поняли, а Элли и отца поняли?

После визита на Вегу, Земекис устраивает Элли допрос и всё хорошее в «Контакте» завершается. Элли сообщает, что посетила Вегу, но ученые, знакомые с парадоксами времени, выходят и кадра и несчастная Джуди Фостер попадает в руки самым спесивым, невежественным и бесполезным созданиям: политикам. Зрители наблюдают за слушаниями в Конгрессе, дебатами, обвиненими, какой-то теорией заговора и прочей паранойей. Ситуация, которую следовало разрешить фразой «Хочешь — верь, не хочешь — проверь», превращается в стекловату пафосных речей. Никто не совершает повторный полет, страны не предлагают новых кандидатов, космическую карусель не запускают и зритель наблюдает за охотой на ведьм.

Финал — ошибка, которую Карл Саган увидеть не успел, потому что умер за год до премьеры фильма. Сократи Земекис бесконечные отсчеты перед запусками и замени нелепый финал на духовную трансформацию Элли, которая после встречи с энэло могла бы понять, что люди — и в шапочках из фольги, и в космических скафандрах — ищут одну истину, может быть, фильм бы не провалился в прокате.

Увы, этого не произошло.